Администрация Каменского района

г.Камень-на-Оби, ул.Пушкина 5. тел.факс 8 38584 21401, E-mail:kamenraiadm@mail.ru

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

29 ИЮНЯ - ДЕНЬ ПАРТИЗАН И ПОДПОЛЬЩИКОВ

29 июня 1941 года была озвучена Директива Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) всем партийным органам прифронтовой полосы об организации партизанских отрядов и диверсионных групп для борьбы с врагом в условиях подполья. Генераторами идеи об учреждении памятного дня стали представители Брянской области. Он учрежден на основе ФЗ «О внесении изменения в статью 11 Федерального закона «О днях воинской славы и памятных датах России», подписанного президентом РФ 10 апреля 2009 года, который вступил в силу с 1 января 2010 г.

Война началась с территории области, граничащей с Беларусью, куда фашисты нанесли первые удары. И именно здесь были созданы первые партизанские отряды, которые вели беспощадную войну с врагами Родины, срывали их стратегические мероприятия, взрывали склады с боеприпасами и эшелонами. И тем самым вносили дезорганизацию в военные немецкие планы и смущение в воинских частях. Брянщина стала сосредоточием партизанских действий в суровые военные годы.

По историческим данным, партизанское движение и действия диверсионных групп внесли огромный вклад в успешное завершение Великой Отечественной войны. В глубоком тылу врага более миллиона партизан рисковали своей жизнью во имя общей победы. В состав многих партизанских отрядов входили мужчины, старики, женщины, подростки.

Много славных имен сохранила история как доказательства героического подвига россиян.

В фондах нашего музея хранятся материалы, рассказывающие о людях, находящихся в партизанских отрядах и на оккупированных территориях в годы Великой Отечественной войны.

Хохлов Михаил Петрович, подполковник запаса, родился в селе Камень в 1904 году, комсомолец 30-х гг., участник Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., участник партизанского движения в лесах Белоруссии. С 24 марта 1942 года по 11 августа 1944 года руководил спецгруппой «Искра», действовавшей в тылу врага.

Чигарев Борис Александрович, член КПСС, участник обороны Ленинграда. В составе партизанского отряда прошел Ленинградскую, Новгородскую области. День Победы встретил в Курляндии.

В нашем городе одна из улиц носит имя Филиппа Антоновича Комкова. О нем говорят, что это человек несгибаемой воли. Чем же он славен?

Филипп Антонович Комков родился, рос, учился в бывшей восьмилетней школе № 1 в нашем городе, где и получил первые уроки любви к Родине, преданности ее, уроки мужества и стойкости и уроки ненависти к врагам.

Наш земляк был одним из руководителей Николаевской и Херсонской подпольных организаций. С фашистами – злейшими врагами нашей Родины – он боролся до конца своей жизни.

…В тот августовский день сорок первого лейтенант Филипп Комков возвращался с боевого задания на свой аэродром, расположенный восточнее Николаева. Но что это? Почему с аэродрома открыли по самолету огонь? «Аэродром захватили немцы», - мелькнуло в голове у Комкова. Он резко повернул истребитель в сторону, но было уже поздно. Самолет вспыхнул, и Филипп выбросился на парашюте. Обожженного, со сломанной ногой его подобрали колхозники села Бормашева, где еще работал сельсовет. Летчика переодели в гражданское, выдали справку о том, что он попал под бомбежку и направили для лечения в больницу города Николаева. Лечили Комкова старательно, особое внимание к нему проявили медсестры Клавдия Кривда и ее сестра Анна Симонович. Присматриваясь к женщинам, Филипп не раз задумывался о том, чем же он обязан им за столь пристальную заботу. Все выяснилось после одного разговора с Клавдией. Улучив момент, когда в палате находился лишь Комков, медсестра сказала:

- Вас хотят отправить в концлагерь. Подпольный комитет решил спасти вас и оставить в Николаеве.

…Чуть позже Филипп Комков получил паспорт на имя Михаила Кузнецова, поселился в надежной квартире, стал выполнять задания подпольного партийного центра. Для маскировки торговал на базаре румынским табаком.

Как-то Филипп провел всю ночь на квартире Клавы Кривды. Утром, когда она проснулась, он подошел к ней и показал оттиск только что сделанной им печати немецкой городской управы. Спросил:

- Как, пойдет?

Клава долго и пристально сличала оттиск с печатью на паспорте и, не найдя в них даже малейшей разницы, воскликнула:

- Это же здорово!

Бланки паспортов у Филиппа были, и он изготовил несколько фальшивых документов. Клава отнесла их в лагерь для военнопленных. Получив паспорта, группа советских летчиков бежала из заключения.

Бывая на базаре, Комков и не подозревал, что за ним зорко следит один человек. После того, как тот убедился, что не ошибся, подошел к Комкову, тихо сказал:

- Здравствуй, Филипп.

От неожиданности Комков вздрогнул, рука автоматически сжала в кармане пистолет.

- Не узнаешь?

Филипп впился взглядом в лицо подошедшего и вдруг обмяк, едва слышно вымолвил:

- Всеволод!

Да, это был Всеволод Бондаренко, старый и хорошо знакомый Комкову артиллерийский офицер. Поторговавшись для отвода глаз, они вместе вышли на безлюдное место, повели доверительную беседу. Бондаренко в Николаеве возглавлял одну из подпольных групп. Он предложил Комкову работать вместе с ним.

«Центр» высоко ценил организаторские способности Комкова, его мужество, смелость и находчивость, поручил ему руководить подпольем Новой Одессы – крупнейшего района города.

То в одном, то в другом конце Николаева взрывались немецкие склады, предприятия и мастерские. После ряда таких диверсионных актов гестапо пришло в бешенство. Из Киева в Николаев был срочно переброшен гитлеровский палач Сандлер. Брызгая слюной, он заявил гестаповцам:

- Если вы не поймаете партизан, то на перекладине будете болтаться сами.

Гестапо удалось заслать своего агента в партийное подполье, выследить адреса отдельных явочных квартир. Конечно, об этом Комков и другие подпольщики не знали, но действовать стали гораздо осторожнее. Только крайняя необходимость заставила Комкова появиться в квартире своего соратника Леонида Кияна, чтобы встретиться с нужными людьми, договориться о выпуске очередной листовки.

До назначенной встречи оставалось еще время, и Комков попросил у хозяина теплой воды. Таз подала Симонович.

- Спасибо, Аня. Нога вдруг разнылась, - проговорил Филипп, растирая больное место.

В это время в дверь властно постучали.

- Не иначе выследили, - Комков мгновенно выхватил из кармана пистолет.

Филипп встал в простенок между окнами, направил пистолет в дверь. Она слетела с петель и упала в комнату. На порог свалились начальник городскоЙ жандармерии и переводчик Бирке. Кто находился позади них, отскочили в разные стороны, притихли.

Замешательством гитлеровцев воспользовались Комков и Киян. Они выскочили на улицу и побежали в разные стороны.

…В Николаеве Комкову оставаться было нельзя. Он перебрался в ближайшее село, а затем товарищи по подполью переправили его в Херсон, где он развернул огромную работу.

О размахе ее можно судить хотя бы по тому, что фактическими хозяевами города были не гитлеровцы, а подпольный комитет…

…Почему же еще будучи в госпитале Комков стал пользоваться чужим именем – даже в письме к товарищу? Объяснение этому может быть только одно: именно еще в госпитале у прикованного к койке Филиппа Комкова, еще не вошедшего в члены подпольной организации и не знающего о ней, уже созрела мысль стать на временно оккупированной немцами земле солдатом войны без линии фронта.. конспиративное имя. Вот он, если вдуматься, первый день, самая первая страница, которой открывается биография подпольщика Михаила! По письму она датируется точно: октябрь 1941 года.

День первый… А день последний? Когда ушел из жизни Михаил Меченый, чтобы снова – после своей физической смерти – стать Филиппом Антоновичем Комковым, чье имя впечатано в бронзу и гранит Великой Отечественной войны. Ведь и спустя десять, пятнадцать, двадцать лет после освобождения Николаева и Херсона мы, советские люди: и сибиряки – земляки Комкова, и его украинские побратимы – не знали трагических подробностей последнего дня и часа жизни подпольщика Михаила.

 И вот – снова город Николаев. Здесь через двадцать пять лет после гибели Михаила Меченого николаевским чекистам дает свидетельские показания бывший вахтман немецкой тюрьмы Г. Не меняю ни одного слова из показания бывшего вахтмана:

 «В камерах СД подпольщика Михаила не держали, боялись, что убежит, держали в тюрьме на лагерном поле. За Ингульский мост на расстрел Михаила выезжал и я, тогда, кроме него, было казнено еще 8-12 человек. Грузовую машину остановили за мостом у ямы. По команде переводчиков все заключенные были раздеты и по одному стали спускаться в яму. Последним сошел с машины, сам спустился в яму Михаил. Он держался гордо, стоял в яме с поднятой головой лицом к стрелявшему. Его заставили лечь лицом вниз, но он отказался. Тогда ему приказали повернуться спиной к стрелявшему, но Михаил и этого не сделал и, стоя с высоко поднятой головой, сказал:

- Стреляй!

…Все это я слышал и видел сам, поскольку, находясь в оцеплении, стоял возле ямы».

 В народе говорят: как прожил человек жизнь – так он и умирает. Было известно, как жил, сражаясь с врагом, Филипп Антонович Комков. Он и умер – сражаясь!...

 ТЕПЛОХОД «КОМКОВ»

Под звуки марша и аплодисменты собравшихся в 1974 году к причалу Херсонского морского пароходства пришвартовался новенький красавец-теплоход «Комков».

Летчик, а затем отважный руководитель подполья в Николаеве и Херсоне, он после зверских пыток в фашистском застенке был расстрелян.

Но его светлое имя и героические подвиги живут. В честь Филиппа Антоновича Комкова – уроженца нашего Камня, в Николаеве и Херсоне установлены обелиски, названы улицы и скверы.